- - (necrosfodel) wrote,
- -
necrosfodel

О сути происходящих явлений

https://www.facebook.com/andrei.movchan/posts/1969445829778284
https://blog.newsru.com/article/19jun2018/rusecon

Андрей Мовчан

"Принятие решений об увеличении доходов бюджета за счет роста налогов и сокращения социального обеспечения в сущности является уже которым по счету подтверждением того, что власть в России представляет себе экономику как дистрибутивную модель.

"Дистрибутивная модель основана на идее наличия фиксированного богатства, которое нужно защитить и "правильно" распределить. Такая система естественным образом тяготеет к централизации, не только потому, что консолидация богатства дает власть, но и потому, что перераспределять централизованно намного легче и эффективнее, чем отдать перераспределение на откуп свободным агентам - попробуйте представить себе многоугольник с миллионами вершин и сравните количество диагоналей, проходящих через центр, с количеством отрезков, соединяющих любые две вершины между собой.

В дистрибутивной модели богатство не создают - его обороняют: от внешних захватчиков, от внутренних расхитителей и от нерадивых пользователей. Идея преумножения богатства абсурдна - оно же фиксировано. Труд, бизнес, общественная экономическая активность имеют лишь вспомогательную цель - они обеспечивают государству возможность меньше делиться богатством с обществом: "пусть хоть что-то сами для себя сделают". Если благосостояние недостаточно, надо увеличить эффективность использования богатства: еще больше консолидировать его в руках государства, усилить контроль, повысить дисциплину, выторговать или получить силой лучшие условия обмена своего богатства на нужные в стране вещи у внешнего мира, может быть, если удастся, захватить еще богатства у соседей.

Если часть людей живет слишком бедно, нужно отобрать у других часть доселе распределявшегося им богатства и перераспределить в пользу бедных. Если государству не хватает на (предположительно) необходимые траты, то надо меньше распределять гражданам или больше возвращать обратно - и финансировать государственные траты; при этом государственные расходы приоритетны, поскольку государство знает, на что надо распределять средства, а люди - нет. Государство, взвалившее на себя такую работу и такую ответственность, естественно, становится гипертрофированно большим и дорогим, получает привилегию принимать решения вне и в обход закона, исходя из рационали момента (и - все мы люди) из соображений личной выгоды его представителей.

В России, с ее ресурсной зависимостью, с ее советским прошлым, когда "все делали вид, что работали", несложно поверить, что эффективна (да и вообще - существует) только дистрибутивная модель. Очевидно, что такая вера отлично культивируется по принципу self-fulfilling prophecy. Развитие дистрибутивной системы гипертрофирует государство, ведет к разрушению законодательной базы и эффективных горизонтальных экономических отношений, эффективные экономические агенты выходят из игры, а их место занимают неуклюжие и коррумпированные госструктуры и вороватые частные прилипалы, зарабатывающие полулегально на получаемых привилегиях.

Такую картинку легко принять и выдать за доказательство тезисов "все бизнесмены - воры", "народу ничего доверить нельзя", "все равно ничего не получится, надо сворачивать эксперимент" и прочих. Очевидно также, что при наличии заметных ресурсов ресурсодержателям выгодно поддерживать дистрибутивную модель экономики - в ней у них есть несправедливое преимущество перед остальными агентами. В этих условиях образуется замкнутый круг - власть принадлежит ресурсодержателям, им выгодна дистрибутивная модель, генеративную модель легко скомпрометировать в глазах общества. Итог называется ресурсным проклятьем: страны, обеспеченные ресурсами, если только в них до появления ресурса не успели сформироваться прочные институты, не дающие консолидировать ресурсы в руках власти, застывают в дистрибутивной модели экономики.

Именно это случилось с Россией. В искреннее (основанное и на убеждениях и на личной выгоде) представление высших чиновников о экономике не укладывается создание эффективного сообщества независимых экономических агентов: более того - оно воспринимается как опасная для их власти потеря контроля за финансовыми потоками. В логике нашей власти проблема нехватки денег может решаться только изъятием нужных денег у тех, у кого они есть, а если последним будет не хватать самим, пусть пойдут и поработают побольше - не все же у государства тянуть (надо сказать, что в представлении этих чиновников все, что есть в России, уже принадлежит государству, поэтому даже самостоятельно заработанные гражданином средства рассматриваются как полученные от государства, ну, может быть, не напрямую).

В связи с этим бессмысленно говорить, что увеличение пенсионного возраста - это не решение, а тупик, что его придется повышать еще и еще, что единственный способ справиться с проблемой - это в течение 10-15 лет поэтапно перейти полностью к негосударственной накопительной системе пенсионного обеспечения, со временем начав выплачивать пенсионерам "от государства" и за счет налогов вне зависимости от стажа и заслуг одну и ту же маленькую пенсию, только чтобы на жизнь хватало. Такая система будет эффективно обеспечивать граждан пенсией, но она выведет огромные суммы из-под контроля чиновников; кроме того, она будет основана на недоступной им идее экономической самоорганизации.

Точно так же бессмысленно говорить, что увеличение налоговой нагрузки (а рост НДС на 11% - это существенное увеличение) приведет к сокращению негосударственного потребления и снижению темпов роста (если он вообще будет) экономики; что изыскивать средства на "указ президента" просто глупо - надо создавать условия, при которых частный бизнес выполнит все эти указы просто в процессе развития своего бизнеса; что даже если на что-то надо найти деньги, их для начала стоит поискать в бездонных кредитных карманах госмонополий, в угоду подрядчикам из числа друзей президента уменьшающих свою стоимость бессмысленными проектами; затем можно было бы поискать их на рынке заимствований - в сегодняшнем мире низких ставок увеличивать финансовое плечо государствам выгодно, это позволяет катализировать экономику, а не зажимать ее поборами.

Для власти в России частный бизнес - враг, если только он не занят обслуживанием власти и не принес присягу на верность, скрепленную парочкой уголовных дел большого масштаба (на случай забывчивости); зато подрядчики госмонополий - друзья, и им можно доверять: они много заработают, но хотя бы не разворуют все; в конечном итоге втридорога, но построят и из страны не сбегут (особенно теперь). Брать же в долг государству не резон - за долг надо платить проценты, долги надо отдавать, а повышение налогов дает бесплатные деньги и навсегда.

Примечательно, что подъем коснулся именно НДС - фактически налога на конечное потребление, наиболее чувствительного для бизнесов с высокой добавленной стоимостью (то есть не ресурсных, наиболее эффективных и наиболее мобильных) и бизнесов на раннем этапе развития. Ни эти бизнесы, ни потребители не имеют в России голоса. Вопрос о повышении подоходного налога снят с повестки - еще бы, ведь подоходный налог платят чиновники и близкие к власти "эффективные менеджеры" со своих значительных зарплат. Повышение налога на прибыль ударило бы прежде всего по ресурсным бизнесам, получающим высокую маржу, а эти бизнесы - "классово близкие" и в основном подконтрольны власти. Это правда, что НДС легче собирать, чем налог на прибыль, тем более что налоговые органы России уже много лет совершенствуются в его вычислении и отслеживании схем ухода. Но это опять - логика князя, собирающего дань, а не руководителя, думающего о процветании страны.

Хуже того - обсуждать вопрос "как надо повышать или понижать налоги" или "какой пенсионный возраст правилен" в России сегодня сродни обсуждению вопроса "какие конфеты правильнее использовать людоеду для привлечения маленьких девочек, чтобы последним было приятнее перед смертью". Базовой проблемой нынешнего российского государства является крайне низкий уровень институционального доверия всех ко всем, являющийся следствием уже упоминавшегося пренебрежения власти в дистрибутивной экономике к такой неудобной для централизованного правления штуке, как буква закона.

Российская власть обращается с законом как с универсальным средством реализации своих интересов - пишет невнятно и трактует как хочет (часто противоположным образом в двух одинаковых ситуациях), переписывает постоянно, в рамках сиюминутных интересов и часто еще более невнятно, игнорирует, когда удобно и требует исполнения, когда выгодно, создает критический объем исключений из любого правила для собственного удобства и поверх любого разрешения пишет процедуру отказа по неформальным основаниям.

Экономические агенты в России копируют власть - для нашего рынка характерны крайне низкая договорная дисциплина, стремление одурачить контрагента (в том числе - государство) или силой заставить его принять нечестные условия (а это уже часто практикуют госкомпании), воспользоваться нерыночными преимуществами и/или вступить в противозаконный сговор. Инвестиции в Россию не идут давно, а отток капитала был значительным все годы XXI века за исключением 2006-го и 2007-го (когда иностранный спекулятивный капитал перевешивал вывод средств российскими бизнесменами) - какая разница, какой НДС?

Направление движения нашего государства обозначилось крайне четко (не сегодня, но сегодня есть повод об этом сказать): генеративная модель, которая, казалось бы, начала пробиваться сквозь исторически сформированную дистрибутивную в первые три-пять лет XXI века, окончательно отброшена. Ей оставлены лишь две роли: она может жить на бесплодных задворках экономики, ограниченная редким мелким бизнесом, небольшой сферой услуг да несколькими "одобренными" бизнес-витринами в области высоких технологий; она же должна служить основой карго-культа "экономического прорыва", в рамках которого в ее одежды будут рядиться все более длинные ряды унылых госконтор, "осваивающих" бюджет под видом разработки и внедрения новых технологий, инновационных идей, стратегических проектов и прочих buzz-words.

Странно, но факт - как будто извиняясь, блюстители дистрибутивной экономики в России стараются максимальному количеству ее проявлений дать названия, сходные до смешения с названиями проявлений экономики генеративной (этого не было в СССР - возможно, это последствия опыта выпрашивания денег у МВФ в обмен на реформы в 90-е).

При этом само по себе государство с достаточным объемом ресурса и преимущественно дистрибутивной экономикой может существовать долго и устойчиво. Да, в таком государстве очень высок уровень неравенства, слабы социальные институты, основная масса людей живет бедно, а технологии в областях, обслуживающих интересы или амбиции власти, процветают, в то время как в области обеспечения общей эффективности процессов и/или обеспечения благосостояния населения безнадежно отстают. Однако существование такого государства зависит от объема ресурса - если его меньше (он дешевле), государства его "тихонько" проедают и разваливаются, если больше (он дороже) - они костенеют в своей системе клановой бюрократии и поколениями живут, поддерживая нищее существование 95% населения, неустойчивый достаток 4% и роскошь для 1%, нарядную витрину для внешнего мира, яркую картинку в телевизоре и полное отсутствие возможностей внутри, кроме единственной возможности - служить в системе распределения ресурсов, терпя унижения и лишения в надежде подняться выше в служебной иерархии".

Мой комментарий:
Самое важное, что можно вынести из этой статьи: дистрибутивная модель экономики насаждена в России сознательно. При этом люди, ее насадившие, в курсе, что модель эта нежизнеспособна в длительной перспективе, и $20 за баррель при любых прочих обстоятельствах убьют Советский Союз. Во главу угла в дистрибутивной модели ставится тотальный контроль за финансовыми потоками и распределением ресурсов. Именно поэтому происходят монополизация бизнеса в руках, приближенных ко власти, отмирание среднего и мелкого бизнеса, регулярно режутся расходы на социалку.
То есть, грубо говоря, все едят из одного общего котла, и чем меньше в нем сегодня оказалось плова, тем меньшие порции достанутся едокам. Стабильно большие порции получают только те, кто охраняет котел от едоков, разводит огонь и контролирует сбор риса. Механизация сбора риса и все методики увеличения урожая при этом табуированы.

Иные модели экономики предполагают передачу существенной части прав по управлению государством (прямо или опосредованно), но по некоторым причинам руководство государства устраивает именно дистрибутивная модель, когда средства не вкладываются даже в разработку новых мест добычи ресурсов. И именно поэтому поднимается пенсионный возраст вместо создания адекватных НПФ, т.к. при создании негосударственной системы пенсионного обеспечения будет создан еще один маленький котел.

В реальности в нашей стране долгое время происходила ожесточенная борьба за постепенный отход от дистрибутивной модели (те же НПФ, либерализация экономики в 90-х), но, судя по недавним принятым решениям в результате уменьшения объема газовых и нефтяных денег, эта борьба была окончательно проиграна. О причинах выбора дистрибутивной модели экономики я пока говорить не готов.
Tags: Андрей_Мовчан, государство, пенсионный_возраст, политика, экономика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment